Картина восьмая

Магазин фирмы «Хикари-дэнки». Утро.

Оба, Фукагава и Хакояма беседуют. В сторонке Мисако и Т о сиз рассматривают газету.

Хакояма. А слова насчет свидетеля и впрямь подействовали безотказно. Прямо магическое заклятие. Главный перепугался насмерть!

Мисако и Тосиэ отрываются от газеты.

Оба(явно желая польстить). Ну что вы, просто ваша статья отлично написана.

Фукагава. Нет, правда, очень хорошая статья. Ему тоже очень понравилась. Если и дальше так пойдет, мы получим уйму фотографий!..

Тосиэ. Ну-ну, не очень-то заноситесь… Как явятся сейчас эти люди, продавшие фото, да как потребуют наличными свои денежки, ох и туго же вам придется… Но только имейте в виду – мое дело сторона.

Оба. Замолчи! Сколько раз я тебе говорил – это не женского ума дело!

Тосиэ. И прекрасно, я очень рада. Смотри же, и дальше не забывай об этом… (Уходит на второй этаж.)

Оба. Всегда одно и то же: стоит женщине постареть да подурнеть пропащее дело!

Мисако. Как вы можете так говорить! Вы пользуетесь тем, что мама слабохарактерна…

Оба. Слабохарактерна?!..

Мисако. Будь я на ее месте, тотчас же пошла бы в полицию! (Уходит на кухню.)

Оба(вдогонку). Смотри, если будешь все время злиться да подначивать, останешься в девках!

Хакояма. Но все-таки, что это за свидетель?.. Очень уж главный перепугался.

Фукагава тоже заинтересован и хочет вставить словечко.

Оба(внезапно оставляя любезный тон). Ну-ну, не лезьте не в свое дело, проку не будет!..

Хакояма (обижен). Вот как?.. Да, впрочем, в общих чертах, все ясно…

Оба. Вот и ладно, и хорошо!

Хакояма(закуривает сигарету). Хочу вас предупредить, эту статью я написал вовсе не потому, что сам так думаю…

Оба. Это в каком же смысле?

Хакояма. А в том, что когда напишешь галиматью, потом на душе паршиво.

Оба(угрожающе). Ну ты, полегче… Это еще что за выражения!..

Хакояма(упрямо). Ах, вам не нравится… Выглядит все весьма правдоподобно, а на самом деле не очень-то логично… (К Фукагава.) Да и вы тоже – о призраках, можно сказать, совсем для вас посторонних, проявляете всяческую заботу, а вот насчет того, чтобы получше разузнать, кто ваш товарищ, похоже, вовсе не беспокоитесь…

Фукагава. Вы неправильно понимаете.

Хакояма. В таком случае скажите, кто он такой, этот ваш Призрак? И не вздумайте говорить, будто вам это неизвест но. Вы сами сказали, что он ваш фронтовой друг, я собственными ушами слышал!

Фукагава(утвердительно кивает). Да, но он никак не хочет этому верить. Потому что у меня нет доказательств… (Призраку.) Верно?

Призрак что-то говорит.

Хакояма. Нет, так не пойдет. Вот сейчас – что он вам ответил? Вы не можете это доказать… Почему вы не скажете более конкретно?

Фукагава. Я должен сказать?

Хакояма. Если можете. Так оно было бы лучше.

Оба. И вовсе это ни к чему!

Фукагава. Хорошо, я скажу. Тем более что он тоже велит сказать… Я лично виноват в том, что он погиб на фронте… Из его рассказов я знал о его семье и потому сразу же отправился с ним к его родным. Но его родные оказались такими странными! Они отнеслись к нам с таким недоверием, всячески остерегались нас… Мало сказать – с недоверием, они нарочно достали фотокарточку какого-то совершенно постороннего человека и заявляют, будто это и есть их сын, ушедший на фронт… Ну прямо не подступись… В такой обстановке, сколько я ему ни твердил – твой дом, мол, здесь – он, конечно, не верит… Потому что как я могу это доказать? Понятное дело, и он расстроился, да и я, можно сказать, упал духом… Но все-таки я на этом не успокоился, старался их всячески убедить, растолковать им, в чем дело, но они, не знаю уж почему, поняли меня как-то совсем не так и насильно заперли нас кое-куда. Решили, наверное, что я хочу его использовать для того, чтобы выманить у них деньги, что ли…

Хакояма. Заперли? Куда же?

Фукагава. Этого я сказать не могу. Насилу удалось оттуда удрать!

Хакояма. Пожалуй, в его словах есть смысл…

Оба. Я же говорил!

Хакояма(резко). И все-таки ваш Призрак отличается удивительной добротой. Его так плохо приняли, а он…

Фукагава. Вопрос самолюбия!.. Даже живому и то всегда хочется сделать что-нибудь такое, что не под силу никому другому…

Хакояма. Гм… (Пытливо разглядывает Фукагава.) В самом деле…

Оба делает нетерпеливые жесты, хочет вмешаться. В этот момент звонит телефон.

Оба(снимает трубку). Да, да… Именно, совершенно верно… (О6радованно.) О-о, спасибо… Так-так, понятно… Да-да, разумеется!.. Да, конечно… Спасибо! (Кланяется и кладет трубку.) Господин Призрак, грандиозный успех!.. Звонили из радио… Говорят, что прочитали газету и хотят сделать запись для радиопередачи.

Фукагава(Призраку). Можно?

Оба(обеспокоенно). Приедут часам к двенадцати…

Призрак что-то говорит.

Фукагава(передает ответ Призрака). Ну разумеется, разумеется!.. Радио это вам не паршивая газетка какого-то Тории. Это настоящая реклама… (К Хакояма, резко.) Ваши услуги больше не требуются!

Хакояма. Ну нет, шалить… Напротив, я весьма заинтересован!

Оба. Вот дьявол… Ладно, сколько ты хочешь?

Хакояма. Взятками не интересуюсь…

Оба(хочет наброситься на него). Скотина!

Хакояма (отступает на шаг и усмехается). Ладно, пока прощайте! Но с вашего разрешения я к вам наведаюсь еще! (Уходит.)

Оба. Сволочь, грязная рожа!..

Фукагава. Надо было разговаривать с ним помягче. Газетчики – народ опасный…

Из кухни выходит Мисако с большим узлом и, пересекая комнату, идет по направлению к прихожей.

Оба(останавливает ее). Куда это ты собралась?

Мисако. На работу.

Входит жительница А. У подножия каменной лестницы встречается с Хакояма, испуганно отшатывается. Пряча лицо, взбегает по ступенькам. Хакояма с любопытством смотрит ей вслед, потом уходит.

Оба(взволнованно). Смотри, пришла! (К Мисако.) Ну, раз у тебя дела, ступай!

Мисако. А это уж моя воля!..

Жительница А(задыхаясь). Доброе утро!

Оба. Что, папаша уже скончался?

Жительница А. Что вы, что вы! Мне хотелось бы получить обратно вчерашнюю фотографию… (Достает расписку.)

Оба. Вот оно что!.. (В сторону.) Читала газету!

Жительница А(скороговоркой). Нет, я-ничего, но, понимаете, он ведь долго болел и потому в последнее время стал такой раздражительный… И потом, знаете, недаром говорится: «Родные братья – уже чужие»… Одним словом, за такие гроши, да чтобы нас мучил призрак… Согласитесь, нет никакого смысла.

Оба. Понятно, понятно. Я вас прекрасно понимаю, но поймите и вы… Ведь для нас это ценный научный материал…

Жительница А. Но если бы я знала, что будут являться призраки, я ни за что не стала бы…

Оба. Ну зачем же так? Появится – примите его поласковей…

Фукагава. Призраки очень хотят встречаться с людьми…

Жительница А. Упаси бог!..

Оба. Учтите, что в зависимости от спроса цена всегда растет!.. (Достает фотографию, сличает с номером квитанции.)

Мисако(как бы обращаясь к самой себе). Неужели, когда человек умирает, его так боятся и ненавидят?!..

Фукагава(ему неловко перед Призраком). Вовсе нет, вовсе нет!..

Оба. Вот, нашел… В самом деле, выражение лица такое, что того и гляди появится…

Жительница А(протягивая руку). Дайте, прошу вас!

Оба. Вот ведь какие дела… Всем нужно – и мне и госпоже… Это значительно повышает цену!

Мисако(к Фукагава). Что это! Уж не собирается ли он продавать ей ее же фотографию?

Фукагава. Не беспокойтесь, он продаст дорого. Убытка не будет.

Жительница А. Почем же вы отдаете?

Оба. А сколько вы дадите?

Мисако. Да разве так можно?! Что же ваш друг?..

Фукагава. Ничего, можно. Одной карточкой пожертвуем, зато получим вдвое и втрое. Жаль, конечно, но сейчас самое главное – сколотить первоначальный капитал…

Жительница А. Триста иен…

Оба. Вы, верно, шутите. Я полагал – три тысячи иен. Ну, да уж ладно, уступлю – две тысячи. Идет?

Жительница А. Пятьсот…

Оба склоняет голову набок, достает ножницы и начинает подравнивать бородку.

Мисако. Какой ужас! Я так и знала, что этим кончится…

Фукагава. Но мой друг очень доволен…

Жительница А. Что же вы молчите? У меня всего тысяча иен.

Оба(небрежно). Ладно, согласен. Итак, сойдемся на тысяче!

Жительница А(смирившись, достает из-за пояса, сложенную в несколько раз бумажку). Чуяло мое сердце, что этим кончится… Так оно всегда в жизни и бывает…

Оба. Что верно, то верно… (Берет деньги, разворачивает, проверяет на свет. Затем возвращает женщине фотографию.) Приходите еще!

Жительница А. Боже избавь! (Прячет фотографию.)

Оба (смеясь). Ну зачем же так! Лучше в следующий раз принесите фотографию какого-нибудь совсем чужого человека, который не может причинить вам хлопот. Понимаете, совсем постороннего, так что даже если его призрак появится, вам от этого не будет ни жарко, ни холодно.

Жительница А(с надеждой). А можно и посторонних?

Оба(доверительно). Разумеется. И потом вам ведь нужно покрыть сегодняшний убыток…

Жительница А(вздохнув). Спасибо за совет. Тотчас же начну искать. До свидания, благодарю вас… (Низко кланяется и, не разгибаясь, поспешно удаляется, почти убегает.)

Оба(помахивая деньгами). Ловко получилось. Все точно по плану…

ХОР ЖИТЕЛЕЙ

Оба. Двести иен принесли нам тысячу иен, тысяча превратится в пять тысяч, пять тысяч – в двадцать пять, двадцать пять – в сто двадцать пять тысяч, сто двадцать пять тысяч… э-э… получим шестьсот двадцать пять тысяч иен…

Призрак что-то говорит.

Фукагава(передает слова Призрака). Он говорит, когда мы хорошенько заработаем, надо купить какой-нибудь подарок Мисако-сан…

Мисако молча выходит на улицу. Появляется жительница Б.

Жительница Б. Прошу прощения!..

Оба (умильным тоном). Заходите, прошу!

Жительница Б. Я слыхала, у вас водятся призраки?

Фукагава. Да, есть. (Указывает рукой в сторону Призрака.)

Жительница Б(с поклоном). Наш дедушка страдает от ревматизма…

Оба. Нет-нет, это не годится, госпожа… Пока он не умер, нельзя…

Жительница Б(ошеломленно). Что-о?..

Оба. Пожалуйста, уж приносите после того, как он умрет.

Жительница Б. Что приносить?!

Оба. Как – что? Вы говорите о фотографии?

Жительница Б. Ой, что вы! Я пришла справиться насчет лечения…

Оба. Ах, простите… Вот как, значит, насчет лечения?.. Ах, так…

Жительница Б(все еще обескураженная). А что, нельзя?

Оба(оглядываясь на Фукагава). Вы имеете в виду лечение… у Призрака?

Жительница Б. Дедушка прочитал газету и теперь требует – ступай, обязательно попроси… Твердит свое, да и только!..

Оба смотрит на Фукагава, Фукагава – на Призрак. Оба уже загорелся новой надеждой.

Фукагава(Призраку, с сомнением). Сумеешь?.. Конечно, неплохо бы попробовать, да только… (Нерешительно смотрит на Оба.)

Оба(жительнице Б). Отчего ж, это можно. Пожалуйста, приводите вашего дедушку когда угодно. Плата… мм… Ну, поскольку это впервые, пойдем навстречу… Один сеанс – двести иен.

Жительница Б. Знаете, просто чтоб успокоить старика…

Оба. Нет, вы не правы, госпожа. По мнению некоторых ученых, у призраков имеется особого рода электричество…

Жительница Б. Ну, так я еще зайду к вам попозже… (Уходит.)

ХОР ЖИТЕЛЕЙ

Оба(радостно всплескивает руками). Ну что?! Все идет, как я сказал! Ценность всякой вещи определяется тем, сколько за нее платят!

Фукагава (Призраку). Понимаешь, мы должны все попробовать…

Оба (Призраку). Да, господин Призрак, согласитесь – это успех!

По лестнице, ведущей на второй этаж, спускается Тосиэ.

Тосиэ(делает жест, как будто пересчитывает деньги). Где эти деньги?

Фукагава. Что?..

Оба. Брось, не обращай на нее внимания.

Тосиэ. Ну вот что: во сколько, по-твоему, мне стало ваше питание за эти дни?

Оба. Ясно, понятно. Составь подробный счет и дай мне.

Тосиэ. Можешь не сомневаться! (Исчезает на кухне.)

Входит житель Г.

Житель Г. Простите… Можно войти?

Оба. Вы из радио?

Житель Г. Нет-нет. Видите ли…

Оба. По поводу фотографий?

Житель Г(отрицательно качает головой, настороженно озирается по сторонам, понижает голос). Вы – Оба-сан, да? Вы меня не помните?

Оба (вздрагивает от неожиданности). Ба, да это…

Житель Г. У меня к вам настоятельнейшая просьба… Но прежде я должен убедиться… Этот Призрак, который здесь, у вас… Судя по всему, он как будто бы с Южных островов… Это действително так? Надеюсь, он не из тех, кому промывали мозги в Китае и в СССР?

Оба. Не пойму, о чем вы?

Житель Г. Говорят, что это призраки убитых солдат… Но вы сами понимаете, нельзя доверять такому солдату, который не желает смириться с тем фактом, что он убит, и позволяет себе появляться в виде призрака. Уж не дезертир ли он чего доброго?

Оба. Вы что, пришли сюда придираться?

Житель Г. Нет-нет. Просто в настоящее время храм Ясукуни^[2]уже полностью восстановлен, так что вовсе не обязательно шататься где попало…

Оба. Но храм Ясукуни уже набит до отказа.

Фукагава(подходит). В чем дело?

Оба(останавливает его). Ничего, ничего.

Житель Г. Это вы фронтовой товарищ этого Призрака?

Фукагава. Да.

Житель Г. Тогда позвольте спросить – какого он звания, этот ваш Призрак?

Фукагава. Ефрейтор.

Житель Г(выпячивая грудь). А я – бывший майор.

Оба (не в силах сдержаться). А я всю дорогу был рядовым, так что ж, по-вашему, это плохо?

Житель Г. Полно, полно, не волнуйтесь, пожалуйста. Просто вы сами должны понять, трудно согласиться с тем, что представитель миллионов павших на фронте священных душ – простой ефрейтор. Что ни говорите, а представителем должен быть офицер.

Фукагава(наивно). А, понял. Во время войны у вас сложились плохие отношения с вашими подчиненными, да?

Житель Г. Что он болтает! (Поворачивается к выходу.) Мне здесь больше нечего делать!

Оба. Постойте, постойте, господин… (Бежит за ним, догоняет его на лестнице.) В чем дело? Не за тем же вы приходили, чтобы поиздеваться над нами?

Житель Г. Этот ваш Призрак… Он красный!

Оба. Вот так сюрприз!.. Господин, но вы же, кажется, меня знаете?

Житель Г. А ты – аферист!

Оба. Правильно, аферист. Но прошу вас, сами подумайте: разве бывало когда-нибудь, чтобы красные водили компанию с аферистами?

Житель Г(колеблется). В самом деле… И то правда… Действительно, с этой точки зрения ты, пожалуй, вне подозрений!

Оба. Ну, вот видите!

Житель Г. Дело в том, что… Просьба у меня такая… Тут необходима известная деликатность…

Оба. Слушаю.

Житель Г. Ладно, скажу. В последнее время на моей картонажной фабрике что-то не клеится дело. И вот, я пришел к выводу, что, судя по всему, среди рабочих затесались красные, не иначе. И потому, если только ваш Призрак не красный…

Оба. Понимаю. Вам нужен сыщик?

Житель Г. Точно. Для такого дела Призрак – самое подходящее…

Оба. Понятно… (Утвердительно кивает.) Так, ясно. Поручите все нам…

ХОР ЖИТЕЛЕЙ